— Но, мисс Кобб, — возразил Эллери, — если ваш отец должен прибыть только сегодня…

— Мистер Кобб плыл на «Маньчжурии», Эллери, — прервала Никки. — Она должна была остановиться в Иокогаме, но вообще не зашла в Японию и прибыла в Сан-Франциско на два дня раньше. Мистер Кобб приехал в Нью-Йорк позавчера. Потом он исчез.

Эллери повернулся к Шейле:

— Вы в этом уверены?

— Да, — твердо ответила девушка. — Узнав в отеле, что папа прибыл два дня назад, я справилась в пароходной компании. Очевидно, он хотел сделать мне сюрприз. Понимаете, мы очень любим друг друга… — Она не поднимала взгляд, но Эллери заметил, что ее глаза полны слез. — Когда умерла мама, я пыталась занять ее место в папиной жизни. Конечно, полностью я не могла этого сделать, но… Если не случилось ничего ужасного, папа должен был в первую очередь позвонить мне. Я разговаривала с его менеджером, мистером Уолшем, но папа не вступал с ним в контакт. Кроме того, его имя значится в регистрационной книге отеля, а вещи все еще не распакованы. С ним что-то произошло, мистер Квин!

Эллери слышал отчаяние в голосе девушки и видел его в ее взгляде. Он отвернулся и снова посмотрел в окно.

— Ему угрожал шантажист, Эллери, — вставила Никки.

Эллери резко повернулся:

— Что вы имеете в виду, Никки?

— Покажи ему письмо, Шейла.

Девушка открыла сумочку, вынула из внутреннего кармана два конверта и протянула их Эллери.

Он обследовал штемпели: «Гранд-Сентрал,

— Разве вы не видите. Эллери, — заметила Никки, склонившись над столом и разглядывая конверты, — что адреса написаны так, чтобы нельзя было идентифицировать почерк? Кто-то обмакнул в чернила спичку или что-то вроде нее. Это шантажист!

Повернувшись к окну, Эллери посмотрел конверты на просвет.

— По-моему, в них нет ничего, кроме карточек. Посмотрим? — Он взглянул на Шейлу.